Глубокое дыхание перед штормом: Великобритания на пороге Суэцкого кризиса, 21 октября 1956 года
21 октября 1956 года в истории Великобритании не отмечено как день громких заявлений, судьбоносных парламентских дебатов или массовых демонстраций. Это было воскресенье – день, когда большинство британцев посвящали себя отдыху, церкви или семейным делам. Однако за кулисами политической жизни, в коридорах Уайтхолла и в зарубежных дипломатических представительствах, этот день был пронизан напряженным ожиданием и лихорадочной активностью. Великобритания стояла на самом краю пропасти, готовясь к военному вмешательству в Суэцкий кризис, решение о котором уже было практически принято. Этот день, казалось бы, спокойный, был частью критически важного периода, который навсегда изменил место Соединенного Королевства на мировой арене.
1956 год стал переломным для Великобритании. Страна, еще не до конца оправившаяся от последствий Второй мировой войны, пыталась переосмыслить свою роль в быстро меняющемся мире. Империя стремительно сокращалась, а экономика сталкивалась с постоянными вызовами. На этом фоне 26 июля 1956 года президент Египта Гамаль Абдель Насер национализировал Суэцкий канал – жизненно важную артерию, контролировавшую 80% поставок нефти в Западную Европу и символизировавшую остатки британского и французского влияния на Ближнем Востоке. Для премьер-министра Энтони Идена, убежденного сторонника британского величия, это было немыслимым актом агрессии, напоминавшим действия диктаторов 1930-х годов. Его решимость дать отпор обернулась дипломатическим и военным кризисом, кульминация которого пришлась на последние недели октября.
Политический ландшафт и тайные переговоры
К 21 октября напряжение достигло апогея. Дипломатические усилия по разрешению кризиса через Организацию Объединенных Наций и переговоры с Соединенными Штатами зашли в тупик. США, под руководством президента Дуайта Эйзенхауэра, категорически выступали против применения военной силы, опасаясь эскалации конфликта в регионе и его потенциальных последствий для холодной войны. Эта позиция американских союзников стала серьезным раздражителем для Идена и его французского коллеги Ги Молле, которые чувствовали себя преданными и были полны решимости действовать независимо.
Именно в эти дни, предшествовавшие 21 октября, и в течение самого этого дня, тайно завершались приготовления к подписанию Севрского протокола – секретного соглашения между Великобританией, Францией и Израилем о совместной военной операции против Египта. Хотя сам протокол был подписан лишь 22-24 октября в парижском пригороде Севр, ключевые решения и согласования условий, приведшие к нему, принимались именно в эти выходные. Британская делегация, включавшая министра иностранных дел Селвина Ллойда и главу Секретной разведывательной службы (МИ6) сэра Дика Уайта, уже была вовлечена в завершающую фазу этих беспрецедентных тайных переговоров.
Внутри британского кабинета министров царили разногласия. Хотя большинство поддерживало жесткую позицию Идена, были и те, кто испытывал глубокие сомнения относительно легитимности и возможных последствий военной авантюры без явной международной поддержки. Среди таких скептиков был, например, министр торговли Питер Торникрофт. Однако премьер-министр, страдавший от физической боли и стресса, был непреклонен, видя в Насере новую инкарнацию Муссолини или Гитлера, которого необходимо было остановить. Его позиция находила отклик среди многих консерваторов, для которых Суэц был вопросом национальной чести и сохранения остатков имперского влияния.
Оппозиционная Лейбористская партия, возглавляемая Хью Гейтскеллом, решительно выступала против военного вмешательства. Лейбористы призывали к дипломатическому решению через ООН и предупреждали о катастрофических последствиях односторонних действий. Их критика, однако, не оказывала значительного влияния на планы правительства, которое считало, что пришло время действовать.
На 21 октября не было запланировано никаких официальных заседаний парламента, поскольку это было воскресенье. Тем не менее, интенсивные консультации и неофициальные встречи, а также обмен сообщениями между ключевыми фигурами правительства продолжались. В этот день министры, дипломаты и военные стратеги находились в состоянии повышенной готовности, обдумывая последние детали плана, который должен был быть запущен через считанные дни.
Подготовка к военным действиям
Военные приготовления Великобритании и Франции шли полным ходом с конца июля. 21 октября эти приготовления достигли пика. Средиземноморское командование Великобритании и Франции уже развернуло значительные военно-морские, сухопутные и воздушные силы в регионе. Порты Мальты, Кипра и других британских владений были переполнены военными кораблями, транспортными судами и самолетами. Тысячи военнослужащих были мобилизованы и переброшены.
Военно-морской флот: Британский Средиземноморский флот, возглавляемый мощными авианосцами, такими как HMS Eagle и HMS Albion, был готов к действиям. На борту находились десантные корабли с морской пехотой и бронетехникой.
Сухопутные войска: Значительные контингенты британских и французских войск, включая элитные десантные подразделения и бронетанковые части, ожидали приказов в пунктах сосредоточения. Отрабатывались детали десантных операций.
Военно-воздушные силы: Самолеты RAF, включая бомбардировщики Canberra и истребители Hunter, были готовы к нанесению ударов по египетским целям.
21 октября эти силы находились в состоянии высокой боеготовности. Офицеры и солдаты знали, что «что-то большое» скоро произойдет, хотя большинство из них не были посвящены в политические тонкости и секретные договоренности. Мораль, несмотря на затянувшееся ожидание, оставалась высокой. Военные планировщики работали круглосуточно, доводя до совершенства планы операций «Мушкетёр» (британско-французский) и «Кадеш» (израильский). В этот день осуществлялись последние логистические согласования, проверка оборудования и инструктаж личного состава.
Экономические опасения и общественное мнение
Суэцкий канал был не просто символом – он был критически важной экономической артерией. Через него проходило более двух третей европейских поставок нефти. Закрытие канала или срыв судоходства в результате военного конфликта грозило серьезным энергетическим кризисом и дестабилизацией мировой экономики. Британские экономисты и финансисты выражали серьезные опасения по поводу влияния потенциальной войны на курс фунта стерлингов и общую экономическую ситуацию в стране. Канцлер казначейства Гарольд Макмиллан, хотя и поддерживал Идена, был прекрасно осведомлен о финансовых рисках.
Общественное мнение в Великобритании было расколото. Газеты ежедневно публиковали передовицы, полные анализа, домыслов и призывов. Консервативно настроенная пресса, такая как «Daily Mail» и «Daily Express», поддерживала решительные действия правительства, апеллируя к национальной гордости и необходимости защитить британские интересы. Они изображали Насера как диктатора, угрожающего мировой стабильности. Левая и либеральная пресса, включая «The Guardian» и «Daily Mirror», напротив, выражала глубокие опанения по поводу военной авантюры, призывая к соблюдению международного права и мирному урегулированию.
21 октября британцы, читая воскресные газеты, были погружены в эту горячую дискуссию. В пабах и гостиных, на улицах городов и в сельской местности люди обсуждали надвигающуюся угрозу войны, последствия для их семей, для экономики и для места Великобритании в мире. Многие верили, что Британия обязана проявить силу, но столь же многие опасались последствий такого шага, особенно в свете позиции США. Правительство Идена, сознательно скрывая свои истинные намерения и переговоры с Израилем, вводило общественность в заблуждение, утверждая, что военная операция будет лишь ответом на «египетскую агрессию» или на «спасение» судоходства.
Предчувствие глобальных перемен: Холодная война и Венгрия
Кризис вокруг Суэца развивался на фоне более широкого геополитического контекста Холодной войны. СССР, стремившийся расширить свое влияние на Ближнем Востоке, поддерживал Египет и осуждал западные планы. В то же время, как раз в эти дни, в Восточной Европе назревали события, которые вскоре отвлекут внимание мира. 21 октября новости о студенческих демонстрациях и нарастающем недовольстве в Венгрии уже начали просачиваться в западную прессу. Хотя полноценное восстание начнется лишь через два дня, предвестники венгерской революции уже были заметны.
Развитие Суэцкого кризиса и грядущая советская интервенция в Венгрию продемонстрировали глубокие изменения в мировой политике. Великобритания, как и другие европейские державы, теряла свою гегемонию, уступая место двум сверхдержавам – США и СССР. 21 октября 1956 года, хотя и не было днем публичных событий, стало частью критического периода, когда старые представления о власти и влиянии рушились, а новые реалии Холодной войны и деколонизации утверждались. Решения, принятые в эти дни, имели далеко идущие последствия не только для Великобритании, но и для всего мира.
Наследие 21 октября и Суэцкого кризиса
Суэцкий кризис, который разразился в полную силу в конце октября, стал унизительным поражением для Великобритании и Франции. Несмотря на первоначальные военные успехи, политическое и экономическое давление со стороны США, а также решительное осуждение со стороны ООН и СССР, вынудило их вывести войска. Энтони Идену пришлось уйти в отставку, а Суэц стал символом окончательного заката британской имперской мощи.
21 октября 1956 года было днем глубокой неопределенности и скрытого напряжения, днем, когда за кулисами принимались решения, которые навсегда изменили ход британской истории. Это был последний вдох перед тем, как Великобритания столкнулась с реальностью своего нового, уменьшенного места в мире. Отказ от колониальных амбиций, осознание зависимости от США, переосмысление европейской идентичности – все эти процессы были запущены или ускорены событиями, кульминация которых пришлась на октябрь 1956 года. И 21 октября, несмотря на свою внешнюю безмятежность, навсегда останется в анналах истории как один из тех тихих дней, что предшествуют самым громким переменам.
- Ключевые игроки в Великобритании:
- Премьер-министр Энтони Иден: главный архитектор британской политики в отношении Суэца.
- Министр иностранных дел Селвин Ллойд: ключевая фигура в тайных переговорах, приведших к Севрскому протоколу.
- Канцлер казначейства Гарольд Макмиллан: осознавал экономические риски, но поддерживал военные действия.
- Лидер Лейбористской партии Хью Гейтскелл: главный оппонент военной интервенции.
- Основные вехи, предшествовавшие 21 октября:
- 26 июля 1956: Национализация Суэцкого канала Египтом.
- Август-сентябрь 1956: Безуспешные дипломатические переговоры и попытки международного урегулирования.
- Сентябрь-октябрь 1956: Интенсивные военные приготовления Великобритании и Франции.
- Середина октября 1956: Усиление тайных контактов между Великобританией, Францией и Израилем.
- Военные силы Великобритании, готовые к операции:
- Авианосцы Королевского флота.
- Части Королевской морской пехоты.
- Парашютные полки Британской армии.
- Бомбардировщики и истребители Королевских ВВС.
- Влияние на международные отношения:
- Охлаждение отношений с США.
- Позиция СССР как защитника Египта.
- Деградация авторитета ООН в глазах некоторых держав.
- Усиление движения неприсоединения.