История Ближнего Востока – это лабиринт пересекающихся конфликтов, где каждое событие является частью сложной причинно-следственной связи, формирующей региональный ландшафт. В этом контексте Операция «Дин ве Хешбон», известная также как «Сведение счетов» или «Подотчетность», проведенная израильской армией в Южном Ливане в июле 1993 года, занимает одно из ключевых мест. Эта операция стала кульминацией длительного периода эскалации напряженности и попыткой Израиля пересмотреть правила игры в постоянной борьбе с вооруженными группировками, действующими с территории своего северного соседа. Особое внимание заслуживают события 27 июля 1993 года, когда интенсивность боевых действий достигла своего апогея, демонстрируя как тактическую мощь израильской армии, так и глубокие гуманитарные последствия подобных операций. Понимание этого дня требует глубокого погружения в предшествующие события, мотивы сторон, ход военных действий и их долгосрочное влияние на региональную политику и безопасность.
Исторический Контекст: Южный Ливан накануне Операции
Начало 1990-х годов ознаменовало собой период относительной, но крайне хрупкой стабилизации в Ливане после завершения гражданской войны 1975–1990 годов. Однако Южный Ливан оставался полем битвы. С 1985 года, после вывода основных сил Израиля из Ливана (кроме так называемой «зоны безопасности»), эта территория стала очагом постоянной напряженности. Израильская «зона безопасности» была создана для защиты северных израильских поселений от атак, и в ней действовал «Армия Южного Ливана» (АЗЛ) – союзник Израиля.
Тем не менее, в Южном Ливане значительно усиливалось влияние иранской прокси-группировки «Хезболла», которая видела своей главной целью борьбу с израильским присутствием. «Хезболла», формировавшаяся в начале 1980-х при поддержке Ирана и Сирии, к началу 1990-х годов стала доминирующей силой сопротивления. Ее тактика включала ракетные обстрелы северного Израиля, атаки на израильские силы и АЗЛ в зоне безопасности, а также диверсионные операции. Эти действия регулярно вызывали ответные удары со стороны Израиля, создавая цикл насилия, который редко выходил из заголовков мировых новостей, но постоянно подрывал стабильность региона.
Политический и Военный Ландшафт Южного Ливана
Южный Ливан был мозаикой политических и военных интересов. Кроме «Хезболлы» и АЗЛ, здесь присутствовали также палестинские группировки, хотя их влияние после вывода Организации освобождения Палестины (ООП) из Ливана в 1982 году значительно сократилось. Сирия, имевшая существенное военное присутствие в Ливане, также играла важную роль, оказывая поддержку различным группировкам и влияя на политические процессы. Ливанское правительство, ослабленное гражданской войной, имело ограниченный контроль над Югом, что позволяло негосударственным акторам действовать практически безнаказанно.
Деятельность Хезболлы и Атаки на Север Израиля
«Хезболла» в период с 1991 по 1993 год значительно нарастила свой военный потенциал и активность. Она начала систематически применять реактивные снаряды «Катюша» для обстрелов израильских приграничных городов и поселений, таких как Кирьят-Шмона, Метула и Нагария. Эти обстрелы, хоть и не всегда вызывали значительные жертвы, сеяли панику среди гражданского населения и парализовали нормальную жизнь на севере Израиля. Израильская общественность требовала от правительства решительных действий для обеспечения безопасности своих граждан. Политическое давление на израильское руководство, возглавляемое тогда премьер-министром Ицхаком Рабином, росло с каждым новым обстрелом.
Начало Операции «Дин ве Хешбон»
Операция «Дин ве Хешбон» началась 25 июля 1993 года. Ее заявленной целью было прекращение ракетных обстрелов «Катюша» со стороны «Хезболлы» и подрыв инфраструктуры группировки в Южном Ливане. Израиль стремился создать новую «уравновешивающую силу» – ситуацию, в которой Ливанское правительство, а также Сирия, несли бы ответственность за действия «Хезболлы» и вынуждены были бы обуздать ее активность. Другой важной целью было вытеснить значительную часть гражданского населения из Южного Ливана, чтобы лишить «Хезболлу» возможности использовать их в качестве «живого щита» и затруднить ее логистику и маскировку.
В первые дни операции, 25 и 26 июля, Израиль сосредоточился на массированных воздушных ударах и артиллерийских обстрелах. Целями были известные базы «Хезболлы», склады оружия, командные пункты, а также инфраструктура, которая могла использоваться группировкой. Воздушные силы Израиля (ВВС) задействовали ударные вертолеты, истребители-бомбардировщики, а артиллерия Армии обороны Израиля (ЦАХАЛ) вела огонь по обширной территории Южного Ливана. Эффект был мгновенным: сотни тысяч ливанцев начали покидать свои дома, направляясь на север, в относительно безопасные районы, или в Бейрут.
События 27 Июля 1993 Года: Апогей Интенсивности
День 27 июля 1993 года стал одним из самых интенсивных и разрушительных этапов операции. К этому моменту израильские силы уже провели более суток непрерывных атак, и ответная реакция «Хезболлы», а также возрастающее давление международного сообщества, достигли пика. Израильские военные, стремясь максимально быстро достичь поставленных целей, усилили темп и масштабы своих операций.
Масштабы Военных Действий
27 июля характеризовался беспрецедентной координацией между различными родами войск ЦАХАЛа. Воздушные силы продолжали наносить удары по целям, идентифицированным как объекты «Хезболлы», но также значительно расширился список целей, включающий дороги, мосты, электростанции и телекоммуникационные узлы – все, что могло способствовать функционированию группировки или, как считалось, могло оказать давление на ливанские власти. Артиллерия вела огонь практически беспрерывно, покрывая обширные районы Южного Ливана, в том числе населенные пункты, которые, по данным разведки, использовались «Хезболлой» для укрытия или запуска ракет.
Воздушные Удары и Артиллерийские Обстрелы
ВВС Израиля совершили десятки боевых вылетов. Пилоты целенаправленно атаковали склады боеприпасов, туннели, позиции пусковых установок «Катюш» и укрытия боевиков. Использовались высокоточные боеприпасы, но также и свободнопадающие бомбы для нанесения максимального ущерба по более широким площадям. В этот день интенсивность обстрелов из тяжелой артиллерии и реактивных систем залпового огня была такова, что, по свидетельствам очевидцев, Южный Ливан буквально «горел». Обстрелы охватили не только прифронтовые деревни, но и отдаленные населенные пункты, вызывая массовую панику и усиливая поток беженцев. Цель была не только в уничтожении инфраструктуры «Хезболлы», но и в создании мощного психологического давления на население, чтобы оно оказало влияние на ливанское правительство в прекращении действий «Хезболлы».
Действия Сухопутных Сил
Несмотря на доминирование авиации и артиллерии, сухопутные силы также принимали участие в операции. Подразделения ЦАХАЛа, действовавшие из зоны безопасности, проводили рейды на конкретные объекты, участвовали в поиске и уничтожении пусковых установок «Катюш», а также осуществляли разведывательные миссии. Хотя полномасштабного вторжения, подобного операции «Мир Галилее» 1982 года, не произошло, действия пехоты и спецназа были направлены на более точечное воздействие и сбор информации. Эти операции часто сопровождались перестрелками с боевиками «Хезболлы», что приводило к потерям с обеих сторон.
Гуманитарные Последствия и Реакция Населения
События 27 июля усугубили и без того тяжелую гуманитарную ситуацию. Десятки тысяч мирных жителей, в основном шииты, проживавшие в Южном Ливане, были вынуждены бежать из своих домов. По оценкам гуманитарных организаций, к концу операции число перемещенных лиц превысило 300 тысяч человек. Это стало серьезным вызовом для Ливана, который едва оправился от гражданской войны.
- Массовые перемещения населения: Дороги были забиты машинами, перевозящими семьи и их немногочисленное имущество. Многие беженцы направлялись в Бейрут или другие города, ища убежища у родственников или в импровизированных лагерях.
- Разрушения инфраструктуры: Многочисленные деревни были сильно повреждены или полностью разрушены. Дома, школы, больницы, мечети – все подвергалось обстрелам. Электроснабжение и водоснабжение были нарушены, что усложняло жизнь оставшимся и создавало проблемы для оказания помощи.
- Психологическая травма: Население Южного Ливана пережило глубокую психологическую травму из-за постоянной угрозы обстрелов и необходимости покидать свои дома. Это усугубило существующие социальные проблемы и способствовало дальнейшей радикализации части молодежи.
Реакция ливанского населения была смешанной. С одной стороны, была ярость и гнев в отношении Израиля за разрушения и жертвы среди мирного населения. С другой стороны, многие выражали недовольство «Хезболлой», чьи действия спровоцировали такую мощную ответную реакцию. Однако в целом, операция лишь усилила антиизраильские настроения и укрепила позиции «Хезболлы» как борца против оккупации, несмотря на временные трудности.
Тактика и Стратегия Израильской Армии
Операция «Дин ве Хешбон» продемонстрировала ряд стратегических и тактических подходов, которые Израиль будет применять и в последующих конфликтах. Основным принципом было нанесение максимального ущерба противнику при минимизации рисков для собственных сил, а также создание условий для дипломатического урегулирования.
Цели и Задачи Операции
Главной стратегической целью было восстановление безопасности северных границ Израиля путем прекращения ракетных обстрелов «Хезболлы». Израиль стремился к следующему:
- Уничтожение пусковых установок «Катюш» и складов боеприпасов.
- Подавление инфраструктуры «Хезболлы» (командные пункты, учебные лагеря, каналы связи).
- Демонстрация силы, чтобы отговорить «Хезболлу» от будущих атак.
- Создание «гуманитарного давления» на ливанское правительство через массовое перемещение населения, чтобы оно вынудило «Хезболлу» прекратить огонь.
- Установление новой «формулы понимания» – неписаного соглашения, регулирующего действия сторон и минимизирующего эскалацию.
Применение Современных Вооружений
ЦАХАЛ активно использовал свое технологическое превосходство. Высокоточные ракеты и бомбы, управляемые по лазеру и GPS, применялись для поражения специфических целей «Хезболлы». Ударные вертолеты «Апач» и «Кобра», оснащенные противотанковыми ракетами, играли ключевую роль в уничтожении мобильных целей и оказании поддержки наземным силам. Беспилотные летательные аппараты (БПЛА) обеспечивали непрерывную разведку и целеуказание, что позволяло оперативно реагировать на перемещения боевиков и запускаемые ракеты. Артиллерия, в свою очередь, применяла кассетные боеприпасы для поражения обширных площадей, что усиливало эффект разрушения и деморализации.
Международная Реакция и Дипломатические Усилия
Операция «Дин ве Хешбон» вызвала немедленную и широкую международную реакцию. Масштабы разрушений и количество перемещенных лиц привлекли внимание мировых СМИ и правозащитных организаций, которые начали призывать к немедленному прекращению огня и осуждать действия Израиля.
Международное Осуждение и Призывы к Сдержанности
Большинство арабских государств, включая Ливан и Сирию, резко осудили израильскую операцию, называя ее актом агрессии против суверенной страны и ее граждан. Европейские страны и ООН выразили серьезную озабоченность гуманитарной ситуацией и призвали обе стороны к сдержанности. Генеральный секретарь ООН инициировал дипломатические усилия для прекращения насилия. Однако, несмотря на критику, Израиль продолжал операцию, утверждая, что она является необходимой мерой самообороны.
Роль США в Переговорном Процессе
Соединенные Штаты Америки сыграли ключевую роль в разрешении кризиса. Государственный секретарь США Уоррен Кристофер активно участвовал в челночной дипломатии, проводя переговоры с представителями Израиля, Ливана и Сирии. Целью США было достижение соглашения о прекращении огня, которое бы также включало гарантии безопасности для северных границ Израиля и не допускало дальнейших эскалаций. Переговоры были сложными, но в конечном итоге, благодаря посредничеству США, было достигнуто неформальное «понимание».
Это «понимание», известное как «Соглашение о прекращении огня июля 1993 года», не было подписанным договором, но представляло собой набор негласных правил. Согласно ему, «Хезболла» обязывалась не обстреливать ракетами израильские гражданские поселения, а Израиль, в свою очередь, обязывался не атаковать гражданские объекты в Ливане. Это соглашение, хотя и неоднократно нарушалось, стало важным шагом в попытке стабилизировать ситуацию и установить определенные «правила игры» в конфликте.
Последствия Операции и Ее Историческое Значение
Операция «Дин ве Хешбон» завершилась 31 июля 1993 года, оставив за собой значительные последствия как для непосредственных участников, так и для всего региона. Ее влияние ощущалось на протяжении многих лет, формируя динамику конфликта между Израилем и Ливаном.
Достигнутые Цели и Неожиданные Результаты
С точки зрения Израиля, операция достигла нескольких целей:
- Временное снижение ракетных обстрелов: На короткий срок после операции интенсивность обстрелов израильских поселений снизилась.
- Установление «формулы понимания»: Негласное соглашение хоть и было хрупким, но создало определенный механизм для сдерживания эскалации.
- Демонстрация военной мощи: Израиль подтвердил свою способность наносить значительный ущерб противнику и его инфраструктуре.
Однако были и неожиданные, зачастую негативные, результаты:
- Укрепление позиций «Хезболлы»: Несмотря на разрушения, «Хезболла» сумела представить себя как единственную эффективную силу сопротивления израильской «агрессии», что привело к росту ее популярности среди ливанского населения, особенно среди шиитов.
- Усиление гуманитарного кризиса: Массовые перемещения населения и разрушения инфраструктуры создали долгосрочные социальные и экономические проблемы для Ливана.
- Дальнейшая поляризация: Операция не привела к фундаментальному изменению отношения Ливана или Сирии к «Хезболле», а скорее укрепила их противостояние с Израилем.
Формирование Новых Правил Игры
«Понимание» 1993 года, хотя и не было официальным соглашением, стало важной вехой в истории конфликта. Оно наложило определенные ограничения на действия обеих сторон, но в то же время закрепило допущение, что «Хезболла» имеет право действовать против израильских сил в зоне безопасности, при условии, что она не обстреливает израильские гражданские объекты. Это создало сложную динамику, в которой любая эскалация внутри зоны безопасности могла привести к нарушению более широкого «понимания» и ответным ударам по гражданским целям.
Долгосрочное Влияние на Конфликт в Южном Ливане
Операция «Дин ве Хешбон» стала предвестником дальнейших крупных эскалаций, таких как Операция «Гроздья гнева» (1996 год) и Вторая ливанская война (2006 год). Она показала, что военное решение в одностороннем порядке, направленное на уничтожение негосударственных акторов, часто ведет к усилению их поддержки и дальнейшей эскалации. Отсутствие всеобъемлющего политического урегулирования проблемы Южного Ливана и постоянное присутствие Израиля в «зоне безопасности» продолжали подпитывать конфликт.
- «Хезболла» продолжила укреплять свои военные возможности, используя опыт 1993 года для совершенствования своей тактики и стратегии.
- Международное сообщество осознало необходимость более активного дипломатического вмешательства в ливано-израильский конфликт.
- Вопрос о суверенитете Ливана над всей его территорией и о разоружении негосударственных акторов остался нерешенным, что стало источником постоянной нестабильности.
Заключение
Операция «Дин ве Хешбон» 1993 года, и в частности ее интенсивный период 27 июля, является важной главой в истории израильско-ливанского конфликта. Она продемонстрировала не только военную мощь Израиля и его решимость обеспечивать безопасность своих границ, но и сложные гуманитарные и политические последствия, которые неизбежно сопровождают подобные военные кампании. Операция не привела к окончательному разрешению конфликта, но изменила его характер, установив новые «правила игры» и закрепив за «Хезболлой» роль ключевого негосударственного актора в регионе.
С точки зрения исторического анализа, операция «Дин ве Хешбон» подтвердила сложность применения военной силы в асимметричных конфликтах, где противник, действующий из гражданских районов, может использовать страдания собственного населения для усиления политической поддержки. Она подчеркнула неизменную потребность в дипломатических решениях и всеобъемлющем подходе к урегулированию региональных конфликтов, которые выходят за рамки чисто военных операций. Уроки 1993 года остаются актуальными и сегодня, напоминая о взаимосвязи безопасности, политики и гуманитарных аспектов в одном из самых сложных регионов мира.